Накопление кормов

В ходе эволюционного развития одни растения выработали свойство размножаться весной, другие — летом, третьи — осенью. У подавляющего же большинства высших растений фаза цветения начинается в конце весны и заканчивается летом, то есть протекает при наиболее благоприятных для этого условиях.

Пору массового цветения медоносной растительности, во время которой выделяется максимальное количество нектара, в пчеловодстве принято называть главным взятком.

К фазам развития цветковых растений приспособились и медоносные пчелы. Пока растения главного взятка растут, то есть набирают вегетативную массу и готовятся к цветению, семьи пчел, пользуясь нектаром и пыльцой растений, уже прошедших фазу роста, успевают закончить две стадии — рост и роение и к началу цветения медоносов

главного взятка вступают в новое качественное состояние, целиком определяющееся действием инстинкта накопления корма.

Если инстинкт роения полностью захватывает одни семьи и при тех же погодно-медосборных условиях лишь слегка проявляется у других, а у отдельных, нероевых, так и остается в скрытом состоянии, то инстинкт сбора корма, который практически действует на протяжении всего сезона, в пору массового цветения основных медоносов доминирует над всеми другими инстинктами. Он настолько силен, что переключает на медосбор любую семью из любого состояния.

Фаза цветения любого растения, и в частности медоносного, самая короткая из всех предыдущих фаз, во время которых оно росло и развивалось, и последующих, когда формируются и созревают плоды. В этот очень короткий период массового цветения растений пчелы должны собрать такое количество корма, которого с избытком хватило бы им на питание в течение долгого осенне-зимнего и ранневесеннего периода. Если бы семьи медоносных пчел исторически не выработали свойства остро реагировать на начало массового цветения медоносов или своевременно не смогли бы подготовиться к взятку с них, то есть не нарастили бы больших резервов летных пчел или потеряли бы их при роении, они остались бы без корма и в конце концов погибли бы от голода. Вот почему семьи пчел, в какой бы зоне они ни обитали, торопятся завершить рост и роение, чтобы к началу главного взятка вновь усилиться в результате выплода молодых пчел.

В природе нередко складываются и такие условия, при которых фазы развития растений укорачиваются или, наоборот, удлиняются. Если в какой-то отрезок времени весной воздух прогреется на несколько градусов выше температуры, характерной для этого периода, и тепло будет держаться продолжительное время, то такое потепление неизбежно приведет к ускорению роста растений и соответственно приблизит их фазу цветения. И чем выше температура и продолжительнее ее влияние, тем быстрее зацветут растения. Бывают случаи, когда медоносы главного взятка зацветают на две недели раньше обычного для них срока. К такому раннему наступлению главного взятка многие семьи пчел могут оказаться неподготовленными: одни еще бурно растут и в их гнездах много открытого расплода, у других уже обострился инстинкт роения.

Холодная весна, наоборот, замедляет рост и развитие растений. Фаза цветения соответственно отдаляется. В этих условиях семьи, вошедшие в роевое состояние, продолжают в нем находиться дольше обычного срока. Семьи нероевые, наиболее ценные, как говорят пчеловоды, перезревают. Из-за отсутствия в природе главного взятка летные резервы пчел не используются, они перенаселяют гнездо, создают духоту, что нередко приводит и эти семьи в роевое состояние. В том и другом случае главный взяток пчелы используют лишь частично.

Разведчицы доложили о медовых кладах. Как только растения начнут обильно выделять нектар и пчелы-разведчицы доложат о найденных ими медовых кладах, семьи переключаются на медосбор.

Несмотря на то, что инстинкт накопления кормов направляет всю деятельность семей в одно русло, продуктивность их бывает далеко не одинаковой. Объясняется это различием в качестве семей. Те из них, которые сохранили свою силу и работоспособность, соберут меда намного больше тех, которые раздробили ее в процессе роения.

Нероевые семьи на сигналы пчел-разведчиц реагируют остро и за очень короткий срок, буквально за какие-то часы, включают все свои резервы в сбор меда.

Роившиеся семьи, помимо того, что они после роения значительно ослабли, а нарождающиеся поколения еще не созрели для работы в поле, включаются в медосбор медленнее и позже. Причиной тому — недостаточная осведомленность семьи о начавшемся взятке из-за малочисленности пчел-разведчиц, участвующих в отыскании источников нектара. Если же в этой семье, кроме того, и матка не успеет спариться, переключение резервов на медосбор еще более затянется.

Потеряв несколько первых дней взятка, нередко хорошего, семья в конце концов включается в сбор меда. Число пчел, вылетающих за взятком, теперь уже возрастает у нее с каждым часом.

Открытого расплода у этой семьи нет, гнездо отстроено. Она поэтому выпускает всех своих пчел, способных к полету, на сбор меда. Их число ежедневно пополняется нарождающимися поколениями. Энергия лёта высокая — все пчелы молодые, сильные, еще не принимавшие участия ни в каких работах.

Но в ее гнезде недостаточно корма. Старые запасы материнская семья израсходовала на себя и потомство в период своего роста и развития, новых заготовить впрок не смогла, так как жила инстинктом размножения и роения. Часть меда, кроме того, забрал с собой рой. Она может оказаться под угрозой гибели от голода, если своевременно не обеспечит себя достаточными запасами корма. Эту угрозу семья инстинктивно чувствует и поэтому всю свою деятельность направляет на сбор нектара.

В рое природа сразу же обостряет два инстинкта: строительный и медособирательный. Поселившись в жилище, он в первые же минуты как бы распадается на две части: одна, большая, приступает к сооружению гнезда, другая включается в сбор корма, без запасов которого, как и без гнезда, жизнь его немыслима.

Как только основы гнезда будут заложены, пчелы-строительницы переключаются на сбор нектара. Медособирательный инстинкт становится главным, направляющим всю деятельность семьи.

С особой энергией пчелы роя работают на сборе меда. Это и понятно: в только что отстроенном гнезде корма еще нет и им его никто не приготовит. Мед надо собирать самим.

Пчелы торопятся запасти как можно больше меда еще и потому, что с появлением в гнезде расплода семья вынуждена будет выделить летных пчел на уход за ним.

Если рой выйдет накануне или в начале главного взятка, при благоприятных погодных условиях он обычно собирает меда значительно больше, чем ему потребуется на питание.

Эти растения дают главный взяток. Источниками главного взятка могут быть как естественная древесно кустарниковая и травянистая растительность, так и энтомофиль-ные, то есть насекомоопыляемые, сельскохозяйственные культуры.

Из естественных медоносов особую ценность представляют желтая и белая акации, малина, липа, каштан съедобный, разнотравье поемных, суходольных и горных лугов, кипрей, вереск; из посевных — белый и розовый клевер, эспарцет, донник, кориандр, гречиха, подсолнечник, хлопчатник. У каждого из этих представителей растительного мира свои фазы роста, развития, цветения, плодоношения, но у многих из них, особенно травянистых, эти фазы во времени совпадают. Луговая флора, например, основные медоносы которой клевер белый и розовый, мышиный горошек, лядвенцы, шалфей, вероника, люцерна желтая,

душица, герань, васильки, борщевик, мордовник и другое разнотравье, цветет, как правило, в одно время. Пчелы поэтому собирают мед не с одного какого-нибудь вида этих растений, а одновременно с нескольких. Мед, собранный пчелами с такого разнотравья, носит название цветочного или полифлерного, то есть собранного с разных медоносов. Мед этот обладает прекрасными вкусовыми качествами и высокими лечебными свойствами.

Взяток с разнотравья бывает обычно средним, а в отдельных местностях даже сильным (до 7 килограммов в день) и продолжительным, особенно в горных и лесных районах, где эту растительность долго не скашивают или она остается совсем нетронутой.

Такие медоносы, как малина, кипрей, дягиль, вереск, липа, произрастают обычно на больших площадях, и поэтому каждый из них в отдельности служит источником главного взятка. Мед, собранный с любого из этих растений, называют монофлерным (малиновый, кипрейный, гречишный, липовый и т. д.). Наиболее продолжительный взяток (до месяца) бывает с донника, кипрея, гречихи и вереска. Самый обильный взяток из травянистых дает кипрей (на свежих гарях сильные семьи собирают с него меда по пуду и более в день), из древесных — белая акация и липа. Взяток с липы обычно бывает сильным, бурным и коротким (12—15 дней в средней полосе, Поволжье и Зауралье) и особенно сильным и продолжительным (до 24 дней) на Дальнем Востоке.

У медоносных растений главного взятка фаза цветения наступает в разное время. Луговое разнотравье, например, как правило, зацветает в средней полосе страны в конце первой декады июня, липа — в начале июля, гречиха — следом за липой. Такое чередование в цветении медоносов создает или один продолжительный (наслаивающийся) главный взяток, или несколько самостоятельных, если цветение одного источника отделяется от другого каким-то отрезком времени.

В зависимости от места произрастания, почвенно-кли-матических особенностей местности даже цветение одного и того же медоноса протекает не в одни и те же сроки. Представители суходольных лугов зацветают раньше и заканчивают цветение быстрее, чем те же растения поемных лугов. Сроки развития и цветения растительности равнинной местности не совпадут со сроками зацветания и периодом цветения той же флоры на местности с холмистым рельефом. Различия эти бывают тем большими, чем выше над уровнем моря будут находиться медоносные растения.

Таким образом, взяток с одних и тех же растений обусловливается не только их природой и количеством, но и почвенно-климатическими условиями и местом произрастания.

С учетом срока наступления главного взятка и его характера (силы и продолжительности) определяют приемы его наиболее полного использования.

Комплекс приемов использования взятка включает выращивание сильных и сверхмощных семей, поддержание в них рабочего состояния, высвобождение пчел от всех ульевых работ и особенно от ухода за расплодом, обеспечение их таким помещением и таким количеством сотов, которые позволят семье складывать нектар в любом количестве и не отвлекаться от сбора его — своей главной и прямой обязанности.

Лучше лишняя надставка, чем нехватка одного сота. Пчелы вносят в улей нектар с большим содержанием воды— 70—80% и более. Чтобы превратить этот нектар в мед, они разбрызгивают его на возможно большей площади сотов, стараясь налить в пустые ячейки не более как на 1 /4 часть их объема. Это и позволяет им ускорить выпаривание из напрыска излишней воды.

Если в улье сотов недостаточно, пчелы вынуждены заливать ячейки до краев, а часто и складывать напрыск в ячейки с уже созревшим медом, но еще не совсем заполненные, чем вызывают излишние затраты труда по новой переработке нередко уже почти готового к запечатыванию продукта.

Считают, что при медосборе 3 килограмма в день семье требуется 8—10 рамок размером 435X230 миллиметров, или одна магазинная надставка улья Дадана—Блатта. Но так как внесенный в улей нектар полноценным медом становится не раньше как через 7 суток, а пчелы за это время продолжают вносить новые килограммы жидкого меда, то для его размещения будут требоваться все новые и новые площади сотов.

Практика утверждает, что во время любого взятка лучше иметь на улье одну лишнюю надставку, чем недостаток хотя бы одного сота. Этот недостаток места в улье снижает летную деятельность пчел и в отдельных случаях даже вынуждает их выходить наружу и строить соты для меда под крышами и доньями ульев.

Во время главного медосбора, в особенности продолжительного, пчелы, обильно питаясь, много выделяют воска и охотно строят соты. Чтобы использовать этот драгоценный материал и энергию пчел-строительниц, в ульи периодически ставят рамки с листами вощины, но в таком количестве, чтобы не отвлечь большую массу пчел от медосбора на строительные работы. Считают, что наличие в каждом улье двух-трех рамок с вощиной отрицательно не влияет на летную деятельность и вместе с тем позволяет получить от семьи значительное количество сотов. Рамки с вощиной дают обычно семьям с постановкой на ульи каждого нового корпуса или магазинной надставки. Если пчелы отстроят вощину раньше, чем на улей придется поставить новую надставку, из него вынимают часть рамок с печатным медом, а взамен дают такое же число с вощиной.

Замечено, что охотнее пчелы складывают мед в соты темные, в которых выводился расплод. Поэтому надставки желательно, хотя бы частично, комплектовать из таких сотов, размещая их в середине.

Тот, кто не ставит магазины под расплод, рамки с темными сотами для него может заготовить из выбракованных гнездовых, имеющих даже значительное количество трутневых ячеек.

Многие пчеловоды, к сожалению, такие соты и даже магазинные, потемневшие от времени, считают негодными и перетапливают, хотя нужного сотового запаса для себя еще не создали.

Интересные наблюдения провел В. А. Стекольщиков из Чувашской АССР. Одним семьям он давал под мед соты коричневые, другим, таким же по качеству, — белые, в которых расплод не выводился. Семьи, надставки которых были заполнены темными сотами, собрали меда на 19— 27% больше, чем семьи, обеспеченные сотами светлыми. Он заметил, что разница в медосборе увеличивается при взятке коротком и бурном.

Темные соты к тому же прочные, хорошо переносят транспортировку, лучше противостоят центробежной силе при откачке из них меда.

Под мед можно использовать и трутневые соты. Во время главного взятка в трутневые ячейки матки яиц не кладут.

В недалеком прошлом у нас в стране специально выпускали трутневую вощину для магазинных надставок. За рубежом ее производят и до сих пор.

Трутневые соты более емки. Мед в них, особенно в све-жеотстроенных и запечатанных белоснежными крышечками, необыкновенно нежен и пользуется большим спросом.

Во время медосбора, особенно бурного, каждый сот дороже золота.

Частый отбор меда — практика порочная. В последние годы пчеловоды стали прибегать к частым отборам меда во время взятка, особенно сильного и бурного, мотивируя это тем, что маломедное гнездо побуждает пчел собирать больше нектара. Мед отбирают чуть ли не ежедневно. Правда, деятельность семьи после того, как ее лишат запасов меда, повышается. Это и закономерно. В пору главного взятка она спешит заготовить себе корм, тем более если в ее гнезде, несмотря на интенсивную работу, количество меда не прибывает, а убавляется и на пути пчел все время встречаются свободные соты. И все же практику’ частых отборов меда надо признать порочной. Она не только приводит к производству недоброкачественного продукта (незрелого, быстро портящегося меда), но и нарушает ритм работы семьи.

Если мед отбирают из ульев утром или днем, растревоженные семьи приносят нектара почти наполовину меньше возможного. Семьи, работа которых прервалась этой операцией к концу дня, недобирают примерно столько же меда на следующий день.

Повышенная активность лёта пчел этих семей, с которой пчеловоды связывают надежды на получение большого медосбора и которая наступает лишь несколькими часами спустя, часто не восполняет или с трудом компенсирует потери в медосборе.

Но даже и в том случае, когда способ частых отборов меда и дает какой-то эффект в увеличении продуктивности, его нельзя отнести к прогрессивным из-за очень низкого качества получаемого меда и трудоемкости.

Передовые пчеловоды в нашей стране и за рубежом пользуются иным, действительно прогрессивным способом активизации лётной деятельности пчел — созданием над их гнездами постоянно большого числа порожних сотов. Они-то и являются раздражителем, на который семья отвечает активным лётом за взятком.

Пчелы, за что, собственно, человек и стал их разводить, имеют очень ценное биологическое свойство — собирать мед впрок до тех пор, пока его дает природа и пока в улье будет хотя бы одна свободная ячейка для его складывания.

Инстинкт накопления корма настолько сильно овладевает семьей, что при недостатке в улье места она как бы идет на самоуничтожение, заливая медом буквально каждую ячейку, освобождающуюся от расплода, совершенно не давая возможности работать матке. Известны многочисленные факты, когда гнезда семей за время сильного и продолжительного взятка совершенно освобождались от расплода и заливались медом, а семьи, прежде мощные, изра-батывались до такой степени, что к началу осени буквально сходили на нет, имея всего по горсти пчел, и, если бы их не усиливали молодыми пчелами за счет других семей, они погибли бы.

Следовательно, как бы много меда ни было в улье, он не снижает летной деятельности пчел, активность которой определяется не отсутствием меда в гнезде, а обилием нектара в природе и свободными сотами в улье для его размещения. Вот почему пчеловоды-передовики и пошли по пути создания на пасеках больших запасов сотов и предоставления их семьям по мере надобности. Мед же из ульев они отбирают лишь в конце каждого главного взятка и только запечатанный. Качество этого меда, естественно, самое высокое.

Итак, семьи, располагающие большими площадями свободных сотов для размещения напрыска, а также разовый, а не частый отбор меда — одно из важнейших условий наиболее полного использования главного взятка.



Источник:http://ukrpaseka.ru/nakoplenie-kormov/